Очень соблазнительно было бы начать этот разговор с первого правила Бойцовского клуба, но это было бы слишком предсказуемо. В любом случае, поговорим не о клубе, а о тех, кто создал его, и том, чем он стал сегодня.
В 1999 году, когда фильм Дэвида Финчера вышел на экраны, сразу же приобрел черты культовости: имя Тайлера Дардена стало почти нарицательным, Чак Палланик был превращен в одного из главных авторов глубокомысленных цитат в социальных сетях, кадры и эпизоды бесконечно тиражируются. А с развитием феномена мемов как современного коллективного творчества лицо главного героя и вовсе приобрело статус некоего фольклорного персонажа. И чем дальше, тем все более устойчивой становится эта культовость «Бойцовского клуба». Его изучают, трактуют, ищут подтексты и строят конспирологические теории, а последнее – ярчайший признака того, что превратилось в общественный феномен.
Кажется, в наше время первый просмотр этого фильма сродни обрядам мужских инициаций – посвящению мальчика в мужчину, переходу из детства во взрослость. Сегодня, когда для этого нет крещения боем (как и других тяжелых испытаний), некоторые обязанности взял на себя фильм Финчера. Было ли со времен его появление что-нибудь столь же брутальное и знаковое для нескольких поколений подростков в разных странах мира? Что-то не припоминается…
Вообще поводом для разговора об этой картине стал ее повторный прокат: в первом «Бойцовский клуб» провалился, к тому же был более чем прохладно встречен критиками. Но судьбу фильма определило не это, а зрительское отношение. Поэтому повторный прокат оказался не просто кстати (он, конечно, был актуален в любой момент), но вызвал бурные порывы радости. За двадцать лет желание смотреть фильм не уменьшилось, а возможность увидеть его на большом экране, еще и с субтитрами вместо дубляжа, – это какой-то особый синефильский деликатес.
Хотя, что касается выбора момента для повторного проката, пожалуй, стоит учесть, что все стремительнее приближается к нам 8 августа – день российской премьеры тарантиновского «Однажды в… Голливуде». Так что избежать соблазна сравнить молодого и зрелого Бреда Питта практически невозможно. Здесь, в «Бойцовском клубе» он, кажется, предстает в своей лучшей форме – на вершине типичной питтовской харизмы.
Их тандем с Эдвардом Нортоном уже стал хрестоматийным – и фактурный контраст, и актерское взаимодействие создают особый образ, который ярче неожиданнее раскрывается к концу фильма. А участие Хелены Бонем Картер вносит струю сумасшедшинки: она в роли Марлы отвратительно-прекрасна и хочется постоянно вглядываться в ее лицо. Тем более, что именно оно становится тем зеркалом, в котором зритель может найти отражение разгадки сюжета.
Смешение в этом сложном сюжете первобытной силы и тонкой психологичности, иронии и ужаса, жестокости и легкости для каждого зрителя делает «Бойцовский клуб» если не культовым в пределах его индивидуальной судьбы, то уж точно незабываемым.
Все-таки надо было начать этот текст со слов: «Первое правило Бойцовского клуба: никому не рассказывать о Бойцовском клубе», но тогда пришлось бы молчать…
#КинозалДляОдного #кино #БойцовскийКлуб
В 1999 году, когда фильм Дэвида Финчера вышел на экраны, сразу же приобрел черты культовости: имя Тайлера Дардена стало почти нарицательным, Чак Палланик был превращен в одного из главных авторов глубокомысленных цитат в социальных сетях, кадры и эпизоды бесконечно тиражируются. А с развитием феномена мемов как современного коллективного творчества лицо главного героя и вовсе приобрело статус некоего фольклорного персонажа. И чем дальше, тем все более устойчивой становится эта культовость «Бойцовского клуба». Его изучают, трактуют, ищут подтексты и строят конспирологические теории, а последнее – ярчайший признака того, что превратилось в общественный феномен.
Кажется, в наше время первый просмотр этого фильма сродни обрядам мужских инициаций – посвящению мальчика в мужчину, переходу из детства во взрослость. Сегодня, когда для этого нет крещения боем (как и других тяжелых испытаний), некоторые обязанности взял на себя фильм Финчера. Было ли со времен его появление что-нибудь столь же брутальное и знаковое для нескольких поколений подростков в разных странах мира? Что-то не припоминается…
Вообще поводом для разговора об этой картине стал ее повторный прокат: в первом «Бойцовский клуб» провалился, к тому же был более чем прохладно встречен критиками. Но судьбу фильма определило не это, а зрительское отношение. Поэтому повторный прокат оказался не просто кстати (он, конечно, был актуален в любой момент), но вызвал бурные порывы радости. За двадцать лет желание смотреть фильм не уменьшилось, а возможность увидеть его на большом экране, еще и с субтитрами вместо дубляжа, – это какой-то особый синефильский деликатес.
Хотя, что касается выбора момента для повторного проката, пожалуй, стоит учесть, что все стремительнее приближается к нам 8 августа – день российской премьеры тарантиновского «Однажды в… Голливуде». Так что избежать соблазна сравнить молодого и зрелого Бреда Питта практически невозможно. Здесь, в «Бойцовском клубе» он, кажется, предстает в своей лучшей форме – на вершине типичной питтовской харизмы.
Их тандем с Эдвардом Нортоном уже стал хрестоматийным – и фактурный контраст, и актерское взаимодействие создают особый образ, который ярче неожиданнее раскрывается к концу фильма. А участие Хелены Бонем Картер вносит струю сумасшедшинки: она в роли Марлы отвратительно-прекрасна и хочется постоянно вглядываться в ее лицо. Тем более, что именно оно становится тем зеркалом, в котором зритель может найти отражение разгадки сюжета.
Смешение в этом сложном сюжете первобытной силы и тонкой психологичности, иронии и ужаса, жестокости и легкости для каждого зрителя делает «Бойцовский клуб» если не культовым в пределах его индивидуальной судьбы, то уж точно незабываемым.
Все-таки надо было начать этот текст со слов: «Первое правило Бойцовского клуба: никому не рассказывать о Бойцовском клубе», но тогда пришлось бы молчать…
#КинозалДляОдного #кино #БойцовскийКлуб