11 января 1834 года Александр Пушкин был пожалован в камер-юнкеры Двора Его Императорского Величества.
На картине Николая Ульянова «А.С. Пушкин с женой на придворном балу» он изображен как раз в мундире камер-юнкера.
По свидетельству приятеля поэта Николая Смирнова, присвоение этого звания взбесило Пушкина, «ибо сие звание точно неприлично для человека 34 лет, и оно тем более его оскорбило, что иные говорили, будто оно было дано, чтобы иметь повод приглашать ко двору его жену».
С 1809 года камер-юнкер стал не более чем почетным званием, которое было выведено из Табели о рангах. Т.е. как был поэт титулярным советником 9-го класса, так и остался им. Тем более обидно, что звание это обычно жаловали юношам лет до 25. Оно давало только возможность (впрочем, как и обязанность) являться к Высочайшему Двору.
И вот как раз обязанность эта для Александра Сергеевича была тягостной, не зря он с сарказмом упоминает что: «…Двору хотелось, чтобы N. N. танцовала в Аничкове».
В Аничковом особенно строго соблюдался придворный этикет. 26 января 1834 года поэт записал в дневнике: «В прошедший вторник зван я был в Аничков. Приехал в мундире. Мне сказали, что гости во фраках. Я уехал...». Возмущенный император приказал передать ему свое неудовольствие. Затем поэт иронически сообщает, что явился на бал в треугольной шляпе с плюмажем – «не по форме: в Аничков ездят с круглыми шляпами». В ноябре 1834 года, за пять дней до открытия Александровской колонны, Пушкин специально уезжает из Петербурга, чтобы не присутствовать при церемонии вместе с другими камер-юнкерами.
«Пушкина я видел в мундире камер-юнкера только однажды. Из-под треугольной шляпы лицо его казалось бледным, скорбным и суровым», - вспоминал писатель Владимир Соллогуб.
«Не надо считать Николая глупцом, действовавшим исключительно по прихотям, - считает историк Яков Гордин. - Он бывал очень точен в своих действиях. Поэт, уже тогда широко известный в России, мог претендовать на роль руководителя общественного мнения, а это было для царя неприемлемо. Камер-юнкер не мог стать духовным вождем нации. Вот одним движением император и поставил все на место».
На картине Николая Ульянова «А.С. Пушкин с женой на придворном балу» он изображен как раз в мундире камер-юнкера.
По свидетельству приятеля поэта Николая Смирнова, присвоение этого звания взбесило Пушкина, «ибо сие звание точно неприлично для человека 34 лет, и оно тем более его оскорбило, что иные говорили, будто оно было дано, чтобы иметь повод приглашать ко двору его жену».
С 1809 года камер-юнкер стал не более чем почетным званием, которое было выведено из Табели о рангах. Т.е. как был поэт титулярным советником 9-го класса, так и остался им. Тем более обидно, что звание это обычно жаловали юношам лет до 25. Оно давало только возможность (впрочем, как и обязанность) являться к Высочайшему Двору.
И вот как раз обязанность эта для Александра Сергеевича была тягостной, не зря он с сарказмом упоминает что: «…Двору хотелось, чтобы N. N. танцовала в Аничкове».
В Аничковом особенно строго соблюдался придворный этикет. 26 января 1834 года поэт записал в дневнике: «В прошедший вторник зван я был в Аничков. Приехал в мундире. Мне сказали, что гости во фраках. Я уехал...». Возмущенный император приказал передать ему свое неудовольствие. Затем поэт иронически сообщает, что явился на бал в треугольной шляпе с плюмажем – «не по форме: в Аничков ездят с круглыми шляпами». В ноябре 1834 года, за пять дней до открытия Александровской колонны, Пушкин специально уезжает из Петербурга, чтобы не присутствовать при церемонии вместе с другими камер-юнкерами.
«Пушкина я видел в мундире камер-юнкера только однажды. Из-под треугольной шляпы лицо его казалось бледным, скорбным и суровым», - вспоминал писатель Владимир Соллогуб.
«Не надо считать Николая глупцом, действовавшим исключительно по прихотям, - считает историк Яков Гордин. - Он бывал очень точен в своих действиях. Поэт, уже тогда широко известный в России, мог претендовать на роль руководителя общественного мнения, а это было для царя неприемлемо. Камер-юнкер не мог стать духовным вождем нации. Вот одним движением император и поставил все на место».
В 83 году между римскими легионами под командованием Юлия Агриколы и британскими племенами Каледонии произошла одна из ключевых битв за право обладания Британией.
В I веке н. э. британские племена часто восставали против римского владычества, не желая платить налоги, давать солдат в римскую армию и подвергаться унижениям после обращения Британии в римскую провинцию.
В 77 году управление Британией было поручено Юлию Агриколе, который укрепил дисциплину в войсках, уменьшил злоупотребления римских чиновников, предпринял ряд походов для усмирения бриттов, строя повсюду укрепления и крепости.
Летом 83 года Агрикола выслал флот для опустошения прибрежной полосы, а сам с главными силами вышел к Граупийским горам в Средней Шотландии, где находилось войско каледонцев (более 30 тыс. человек). Тут и произошла битва.
Каледонцы выстроились в три линии: в первой находились боевые колесницы, во второй — развёрнутая фронтом пехота, в третьей — отряды пехоты в колоннах. Первая и вторая линии были расположены на ровном месте, третья — на склонах горы.
У римлян в первой линии находилось 8 тыс. человек вспомогательной пехоты, на флангах стояло 3 тыс. всадников. Во второй линии стояли легионы, которые расположились за валом, в качестве резерва или для прикрытия отступления.
Из-за того, что фронт римлян был короче фронта каледонцев, Агрикола приказал разомкнуть ряды и растянуть первую линию, чтобы их не могли охватить по флангам.
Бой развязали лучники каледонцев и римлян, причём каледонцы искусно защищались от стрел своими короткими щитами. Агрикола послал четыре когорты в рукопашную схватку. Это были германские племена батавов и тунгров. Они сумели разбить противника на равнине и стали подниматься вверх по холму. Далее римская конница атаковала колесницы бриттов, опрокинула и обратила их в бегство. Под прикрытием кавалерии германцами, вскоре, была опрокинута и вторая линия каледонцев. В это время третья линия каледонцев стала спускаться с гор и охватывать фланги с выходом в тыл первой линии римлян. Агрикола бросил 4 отряда всадников из резерва, а 2 отряда конницы отвёл с фронта и направил в тыл каледонцев, которые были принуждены отступить в сторону леса.
Как писал Тацит:
...На открытой местности взорам представилось величественное и, вместе с тем, страшное зрелище: наши гнались по пятам за врагами, рубили их, брали в плен и, захватив новых пленников, убивали ранее взятых. И, в зависимости от твёрдости духа, одни в полном вооружении целыми толпами убегали от уступавших им в численности преследователей, тогда как другие, безоружные и по своей воле, устремлялись навстречу им и искали для себя смерти. Повсюду — оружие, трупы, обрубки тел и пропитавшаяся кровью земля...
Каледонцы ещё пытались оказать сопротивление, устраивая засады. Но Агрикола специально организовал лёгкие когорты для облавы и спешил часть конницы для преследования врага в теснинах. Всё это окончательно сломило сопротивление британских племён, и они обратились в бегство.
В итоге к римской провинции Британия была присоединена новая территория, которую римлянам пришлось постоянно оборонять от продолжавшихся набегов северных племён. Для этого в Британии были построены пограничные Адрианов и Антониев валы.
В I веке н. э. британские племена часто восставали против римского владычества, не желая платить налоги, давать солдат в римскую армию и подвергаться унижениям после обращения Британии в римскую провинцию.
В 77 году управление Британией было поручено Юлию Агриколе, который укрепил дисциплину в войсках, уменьшил злоупотребления римских чиновников, предпринял ряд походов для усмирения бриттов, строя повсюду укрепления и крепости.
Летом 83 года Агрикола выслал флот для опустошения прибрежной полосы, а сам с главными силами вышел к Граупийским горам в Средней Шотландии, где находилось войско каледонцев (более 30 тыс. человек). Тут и произошла битва.
Каледонцы выстроились в три линии: в первой находились боевые колесницы, во второй — развёрнутая фронтом пехота, в третьей — отряды пехоты в колоннах. Первая и вторая линии были расположены на ровном месте, третья — на склонах горы.
У римлян в первой линии находилось 8 тыс. человек вспомогательной пехоты, на флангах стояло 3 тыс. всадников. Во второй линии стояли легионы, которые расположились за валом, в качестве резерва или для прикрытия отступления.
Из-за того, что фронт римлян был короче фронта каледонцев, Агрикола приказал разомкнуть ряды и растянуть первую линию, чтобы их не могли охватить по флангам.
Бой развязали лучники каледонцев и римлян, причём каледонцы искусно защищались от стрел своими короткими щитами. Агрикола послал четыре когорты в рукопашную схватку. Это были германские племена батавов и тунгров. Они сумели разбить противника на равнине и стали подниматься вверх по холму. Далее римская конница атаковала колесницы бриттов, опрокинула и обратила их в бегство. Под прикрытием кавалерии германцами, вскоре, была опрокинута и вторая линия каледонцев. В это время третья линия каледонцев стала спускаться с гор и охватывать фланги с выходом в тыл первой линии римлян. Агрикола бросил 4 отряда всадников из резерва, а 2 отряда конницы отвёл с фронта и направил в тыл каледонцев, которые были принуждены отступить в сторону леса.
Как писал Тацит:
...На открытой местности взорам представилось величественное и, вместе с тем, страшное зрелище: наши гнались по пятам за врагами, рубили их, брали в плен и, захватив новых пленников, убивали ранее взятых. И, в зависимости от твёрдости духа, одни в полном вооружении целыми толпами убегали от уступавших им в численности преследователей, тогда как другие, безоружные и по своей воле, устремлялись навстречу им и искали для себя смерти. Повсюду — оружие, трупы, обрубки тел и пропитавшаяся кровью земля...
Каледонцы ещё пытались оказать сопротивление, устраивая засады. Но Агрикола специально организовал лёгкие когорты для облавы и спешил часть конницы для преследования врага в теснинах. Всё это окончательно сломило сопротивление британских племён, и они обратились в бегство.
В итоге к римской провинции Британия была присоединена новая территория, которую римлянам пришлось постоянно оборонять от продолжавшихся набегов северных племён. Для этого в Британии были построены пограничные Адрианов и Антониев валы.
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Захватывающий дух интерьер Собора Святой Сесилии в Альби, Франция. Собор был построен как крепость после ликвидации последствий Альбигойского крестового похода. Строительство началось в 1287 году и затянулось на 200 лет. На сегодня это, возможно, крупнейшее кирпичное здание в мире.
21 января 1790 года изобрели крайне важную штуку. Французский доктор Антуан Луи Гильотен, полный гуманизма и сострадания😂, предложил производить смертную казнь обезглавливанием посредством машины. После продолжительных дебатов идея была принята, и этот способ казни был введен в уголовный кодекс, ставший законом в 1791 году.
Машине дали название Луизетта или Луизон, однако прижилась гильотина.
25 марта 1792 года, в Париже, на Гревской площади, произведена первая казнь. Жертвой стал бандит Пелисье, и вошел в историю. До Второй мировой, чтобы посмотреть на казнь, надо было покупать билет как в театр. Аншлаги были постоянны.
Гильотина подтолкнула медиков к исследованию мозга - заметили, что отрубленные головы моргают и что-то произносят. Последнего казненного в 1977 (аж!) году звали характерно Хамид Джандуби.
Машине дали название Луизетта или Луизон, однако прижилась гильотина.
25 марта 1792 года, в Париже, на Гревской площади, произведена первая казнь. Жертвой стал бандит Пелисье, и вошел в историю. До Второй мировой, чтобы посмотреть на казнь, надо было покупать билет как в театр. Аншлаги были постоянны.
Гильотина подтолкнула медиков к исследованию мозга - заметили, что отрубленные головы моргают и что-то произносят. Последнего казненного в 1977 (аж!) году звали характерно Хамид Джандуби.